Была сия Канада Британским доминионом, однако амикошонство здесь было в обычае: основу общества составляли крестьяне, мастеровые и преступники, выбравшие ссылку в Новый Свет противу виселицы - народец всё тёртый, работный. Случившийся под рукой соотечественник отписал отцу письмо, в котором сын жаловался на трудности новой жизни и врал, как его обокрали во время путешествия. Бизнес был делом не Бог весть каким мудреным. Всё сводилось к тому, кто кого объегорит: не пойман, как говорится... Беда заключалась в его невежестве. Для какого-либо поприща была постоянная нужда в арифметике (тут вовсю пользовали счётные да кассовые аппараты) и, хоть в малости, в знании здешних регуляций. А поминутная необходимость общения с местным народонаселением была делом первейшим. Согласно монаршему Указу, были в ходу два языка - английский и французский. Пришлось нашему переростку идти сызнова учиться. Здешние «франкофоны» казались пошустрее прочих и скорее подходили на роли будущих associes*. Засим он избрал французский. Пошел в ученье скрепя сердце, но впоследствии ни разу о том не жалел: образование принесло ему скорый и немалый профит. Неоценимо помогала законная миссис**. Пришлось стерпеть, когда княжна, не удовлетворясь платой за уроки, поступила (неслыханное дело!) в Макгильский университет. Соотечественник (тот самый) утешил: «К родам перебесится. А нет – кожевенным товаром своим и поучишь»

________________________
* Компаньон, партнер (фр.)
** Замужняя дама, жена (англ.)



...прочие языки столь облегчили
ей изучение английского, что вскоре
она изъяснялась уже весьма сносно,
а чрез год учила новых иммигрантов
и говорила с малышом на четырёх
языках попеременно, приготовляя его
будущность.

Княжна довольно скоро привыкла к
отсутствию должного политеса и
дворянских титлов. Живо приняв
идею первенства достоинств личных
пред сословными, продолжала она
ученье. Муж, радовавшийся поначалу
её успехам, пробовал теперь отвлечь
её покупками, парижскими красками
для лица и пони для малыша.

...защитила-таки магистерскую степень.
Не помогли ни рождение второго сынка,
ни манёвр с переездом в столичную
Оттаву: она пошла и в тамошний
университет, где писала прожекты по
освещению улиц электричеством.
Муж стал попивать, оставляя business
на помощников, и лишь только княжна
указала на невместность пития при
детях, он высказал в раздражении, как
злили его «эти кабриолеты Форда»
с этими engineers и их ежедневными
цветами, и ушёл наверх. Княжна,
уложив детей...